После провала переговоров в Исламабаде 14 апреля, экспертное сообщество и арабские издания анализируют новую стратегию Ирана в условиях прямого военного противостояния с США. По данным «Аль-Джазиры», Тегеран рассматривает контроль над Ормузским проливом как ключевой стратегический рычаг, позволяющий влиять на мировую экономику и торговлю энергоносителями.
По мнению Ланы Раванди-Фадаи из Института востоковедения РАН, провал дипломатических усилий не означает немедленного перехода к полномасштабной войне, однако конфликт переходит в фазу «повышенного давления без соглашений». Источники Reuters указывают, что Вашингтон стремился ограничить дискуссию вопросами ядерной программы, тогда как Тегеран настаивал на обсуждении региональной безопасности, санкций и условий присутствия США в регионе.
Издание «Рай аль-Яум» отмечает, что Иран пересмотрел правила игры, связав ситуацию в Ормузском проливе с военными действиями в Ливане и других частях региона. Согласно этой позиции, давление на союзников Ирана воспринимается в Тегеране как продолжение агрессии против него самого. В то же время, западные аналитики, на которых ссылается «Глобс», указывают на усиление радикальных фракций внутри иранского руководства. Утверждается, что после гибели высокопоставленных чиновников, в том числе Али Лариджани, ключевые решения стали принимать представители Корпуса стражей исламской революции, такие как Мохаммад Багер Золькадр.
Отношение арабских стран к происходящему остается неоднородным. «Рай аль-Яум» критикует государства Персидского залива за предоставление своих территорий для размещения американских военных баз, которые, по утверждению издания, используются для ударов по Ирану. В свою очередь, турецкие газеты «Хюрриет» и «Миллиет» подчеркивают, что ядерный потенциал и контроль над проливом стали для Тегерана главными инструментами противостояния эскалации.
На текущий момент ситуация характеризуется высокой степенью неопределенности. Как отмечает доктор Камран Яганги, регион вступил в этап тесной взаимозависимости безопасности, где локальные кризисы больше не могут рассматриваться изолированно. Эксперты прогнозируют три возможных сценария: длительный период высокого давления при сохранении формального прекращения огня, возобновление дипломатических контактов при посредничестве третьих стран или срыв перемирия, что может привести к расширению масштабов конфликта на весь регион.
Обновлено 17 апреля 2026 года.
По данным Института изучения войны (ISW), Центральное командование США (CENTCOM) к 15 апреля завершило первые 48 часов полной морской блокады иранских портов. Согласно отчету, ни одно судно не нарушило режим блокады, а девять кораблей выполнили требование американских сил вернуться в порты приписки. В рамках кампании экономического давления Министерство финансов США 15 апреля ввело санкции против 29 целей, включая компании и суда, связанные с финансированием нефтяного сектора Ирана,.
Вашингтон выдвинул два предварительных условия для возобновления переговоров: полное открытие Ормузского пролива и наличие у иранской делегации «полных полномочий» для заключения сделки. Как отмечает Foreign Policy, внутриполитическая ситуация в Иране остается непрозрачной после гибели значительной части руководства, включая верховного лидера Али Хаменеи. По сообщениям, его сын Моджтаба Хаменеи, назначенный преемником, не появлялся на публике, что вызывает вопросы о консолидации власти в стране [4].
Между тем, в Иране продолжается дискуссия о целесообразности политики «ядерного порога». По данным портала a5r5br.net, часть экспертов считает, что высокий уровень обогащения урана является инструментом сдерживания и рычагом давления, в то время как другие, включая политолога Мустафу Наджафи, указывают на отсутствие реального военного эффекта и риск усиления международной изоляции [3].
Президент США Дональд Трамп в интервью ABC News 14 апреля заявил, что не рассматривает продление режима прекращения огня, истекающего 22 апреля. В то же время Пакистан выступает с инициативой продления перемирия на 45 дней. По данным экспертов, Иран использует текущую паузу для восстановления баллистического потенциала, в частности, пытаясь восстановить входы в туннели на ракетных базах [1].