Спустя 47 лет после исламской революции 1979 года идеологические установки, заложенные первым аятоллой Рухоллой Хомейни, продолжают определять внутреннюю и внешнюю политику Ирана. Как отмечает Fox News, фундаментом государственной системы стала доктрина, сочетающая религиозный радикализм с жестким антисемитизмом, что кардинально изменило положение этнических и религиозных меньшинств, ранее интегрированных в иранское общество.
Исторически сложившаяся еврейская община, насчитывавшая более 2500 лет истории, до 1979 года пользовалась относительной стабильностью. Однако, по данным Fox News, с приходом к власти новых религиозных элит, риторика властей начала отождествлять евреев с врагами ислама и сторонниками свергнутого шаха Мохаммеда Резы Пехлеви. Символом этого перелома стал арест и казнь промышленника Хабиба Элганиана в мае 1979 года, что ознаменовало начало политики преследований.
В текущих условиях, на фоне продолжающегося внутриполитического кризиса, власти Ирана используют визуальную пропаганду для консолидации общества. Как сообщает издание «Рай аль-Яум», городское пространство Тегерана и других крупных городов заполнено муралами, подчеркивающими идеи сопротивления. После 38-дневного военного конфликта с США и Израилем, завершившегося временным перемирищем, тематика настенных росписей сфокусировалась на демонстрации военной мощи и преемственности власти. На изображениях, в частности, зафиксирована смена руководства: от основателя республики Рухоллы Хомейни к Али Хаменеи, который, по данным «Рай аль-Яум», погиб в ходе удара 28 февраля, и его преемнику Моджтабе Хаменеи.
Идеологическое давление сопровождается усилением репрессивного аппарата. Судебная система страны перешла на военный режим, что привело к массовым задержаниям и вынесению смертных приговоров участникам протестного движения. Напряженность внутри страны усиливается из-за блокировок интернета и экономических потерь. Власти призывают граждан к публичной активности, используя проправительственные митинги для демонстрации лояльности режиму.
Ситуация остается крайне нестабильной. На фоне призывов к переговорам, поступающих от международного сообщества, в том числе от Дональда Трампа, внутренние силовые структуры продолжают жесткую линию. Конфликт между МИД Ирана и Корпусом стражей исламской революции по вопросу контроля над Ормузским проливом свидетельствует о наличии разногласий внутри правящих кругов по поводу стратегии выживания режима в условиях внешнего давления и внутренних протестов.
Обновлено 23 апреля 2026 года: Аналитики Middle East Eye отмечают, что текущая стратегия иранского руководства во многом опирается на опыт ирано-иракской войны 1980–1988 годов. По мнению экспертов, именно этот конфликт позволил властям укрепить тоталитарную систему, используя военное положение для подавления оппозиции. Многие современные высокопоставленные лица, включая главу МИД Аббаса Аракчи и спикера парламента Мохаммада Багера Галибафа, сформировались как политики в годы того конфликта. Источники подчеркивают, что нынешнее руководство продолжает использовать риторику о «благословенности войны» для консолидации власти на фоне противостояния, начавшегося 28 февраля.
Тем временем репрессивное давление внутри страны сохраняется. По данным Iran Wire, уже 20 дней остается неизвестным местонахождение 25-летней Махсы Сотуде, представительницы религиозного меньшинства бахаи, задержанной в Ширазе. Ранее сообщалось о массовых казнях и вынесении смертных приговоров участникам протестного движения, в частности, о недавней казни Амира Али Мирджафари и Мохаммада Масума Шахи. Власти продолжают призывать граждан к публичной активности, несмотря на сохраняющуюся блокировку интернета.
Обновлено: 23 апреля 2026 года
По данным «Аль-Джазиры», Корпус стражей исламской революции (КСИР) превратился в ключевой институт, определяющий не только безопасность, но и экономическую и политическую повестку Ирана. Структура, изначально сформированная из студенческих движений, насчитывает более 200 тысяч сотрудников и контролирует силы «Басидж». Как отмечает издание, КСИР играет решающую роль в процессе преемственности власти, включая восхождение Моджтабы Хаменеи на пост руководителя страны.
На фоне продолжающегося противостояния с США и Израилем, которое, по сообщению «Аль-Джазиры», было фактически инициировано администрацией Дональда Трампа, внутриполитическая ситуация остается напряженной. Наблюдается конфликт подходов между дипломатическим и силовым крылом власти. В частности, 18 апреля конфликт между МИД Ирана и КСИР по вопросу Ормузского пролива стал публичным: министр иностранных дел Аббас Аракчи заявил об открытии пролива, однако спикер парламента и бывший командующий ВВС КСИР Мохаммад Багер Галибаф опроверг это, подчеркнув, что навигация в проливе остается под полным контролем КСИР и может быть ограничена в ответ на «американскую блокаду».
Обновлено: 23 апреля 2026 года
По данным «Аль-Джазиры», ключевым инструментом поддержания идеологического курса, заложенного в 1979 году, остается Корпус стражей исламской революции (КСИР). Организация, созданная по прямому указу аятоллы Рухоллы Хомейни в мае 1979 года, изначально была призвана защищать революцию от внутренних и внешних угроз. На сегодняшний день, как отмечает издание, КСИР играет центральную роль не только в обеспечении безопасности, но и в экономических и политических процессах, оказывая решающее влияние на принятие государственных решений и ход переговоров.
На фоне продолжающегося срыва дипломатической миссии Ирана 23 апреля 2026 года, внутриполитическая обстановка в стране остается напряженной. Власти продолжают практику массовых задержаний и вынесения смертных приговоров участникам протестного движения, а отсутствие Моджтабы Хаменеи в публичном поле вызывает вопросы о стабильности процесса передачи власти в стране.
Обновлено: 5 мая 2026 года
Внутренняя ситуация в Иране продолжает оставаться напряженной. По состоянию на 5 мая, власти перешли к практике конфискации имущества граждан, что сопровождается ужесточением судебного преследования. В частности, в суд была вызвана Мотахаре Гонеи. На фоне этих событий Дональд Трамп выступил с заявлением о необходимости поддержки иранских протестующих.
Ситуация с правами человека остается критической: 3 мая была подтверждена казнь Мехраба Абдоллахзаде. В то же время продолжается борьба за судьбу правозащитницы Наргес Мохаммади: после периода нестабильности её состояние удалось стабилизировать в больнице, что вызвало новые призывы Нобелевского комитета к её немедленному освобождению. Родственники Мохаммади настаивают на её переводе в Тегеран для обеспечения надлежащего ухода.
Технологическая изоляция страны сохраняется: 3 мая зафиксирован 65-й день полной блокировки интернета. Параллельно с этим, издание Iran International сообщает об использовании властями образовательных программ и детских инициатив для насаждения идеологии насилия и героизации войны. В дополнение к политическому давлению, в пригородах Тегерана фиксируются инциденты техногенного характера, включая пожар в одном из крупных торговых центров, произошедший 5 мая.