В 2026 году празднование Дня Победы в России прошло в измененном формате. Как сообщает BBC, 9 мая на параде отсутствовала тяжелая военная техника, что стало существенным отличием от мероприятий 2025 года, когда демонстрация ракетных комплексов была ключевой частью программы.
Аналитики отмечают, что отказ от показа бронетехники и ракетных систем на Красной площади происходит на фоне продолжающегося конфликта и усиления мер безопасности. В то время как в предыдущие годы парады сопровождались масштабной демонстрацией военной мощи, текущая ситуация диктует иные приоритеты в организации публичных мероприятий.
Параллельно с изменением формата праздничных мероприятий Россия перешла к активной фазе демонстрации своего ядерного потенциала на других площадках. 19 мая Министерство обороны России объявило о начале широкомасштабных учений стратегических ядерных сил. Согласно официальному заявлению ведомства, в маневрах задействовано более 64 000 военнослужащих, 7 800 единиц техники, а также значительная часть ядерной триады, включая 13 подводных лодок и более 200 пусковых установок.
Эти учения проходят на фоне обострения обстановки. 17 мая Москва подверглась масштабной атаке беспилотников, в результате которой погибли три человека и 17 получили ранения. Президент Украины Владимир Зеленский охарактеризовал этот удар как ответ на недавние действия российских сил, включая обстрел Киева 14 мая.
В дополнение к российским маневрам, 18 мая начались учения с применением тактического ядерного оружия в Беларуси. По данным белорусского оборонного ведомства, целью тренировок является проверка готовности подразделений к пускам ракет с неподготовленных позиций. Россия разместила тактические ядерные заряды на территории Беларуси еще в 2023 году.
Международная реакция на подобные действия остается напряженной. НАТО регулярно проводит собственные учения с использованием авиации, способной нести ядерные заряды, размещенные в ряде европейских стран. В текущих условиях эксперты указывают на то, что перенос акцента с демонстрации техники на парадах к проведению реальных стратегических учений отражает изменение военной стратегии в условиях затяжного противостояния.