По состоянию на 26 апреля 2026 года, спустя несколько недель после начала военного противостояния США и Израиля с Ираном, в стране наблюдается критическая нехватка лекарственных средств. Несмотря на установление хрупкого режима прекращения огня, последствия блокады ключевых транспортных узлов продолжают негативно сказываться на системе здравоохранения.
Согласно данным BBC, ситуация осложняется нарушением работы двух важнейших логистических артерий: Ормузского пролива и воздушных коридоров над Персидским заливом. Аналитический ресурс «Тинк Глоубал Хелс» (Think Global Health) отмечает, что в первые дни конфликта объем морских перевозок через пролив сократился на 90%. Это привело к задержкам поставок фармацевтического сырья, значительная часть которого традиционно импортировалась Ираном из Индии.
В настоящее время импортеры вынуждены искать альтернативные маршруты. По информации BBC, часть грузов заблокирована на территории Турции, и сейчас прорабатываются варианты их наземной транспортировки в Иран. Параллельно с логистическими трудностями, отрасль столкнулась с последствиями внутренней финансовой политики. С января 2026 года более 90% импорта медикаментов и сырья переведено на расчеты по «нимейскому» курсу, который подвергся резкой девальвации. Это привело к существенному удорожанию производства и конечной стоимости препаратов для потребителей.
Международные финансовые ограничения также играют значительную роль в текущем кризисе. Хотя лекарства формально не включены в санкционные списки, банковские барьеры делают переводы в адрес иностранных поставщиков крайне затруднительными. Многие зарубежные финансовые организации отказываются от сотрудничества с иранскими контрагентами из-за опасений вторичных санкций со стороны США. В результате, по данным BBC, легальные закупки стали сложным и дорогостоящим процессом.
Наиболее остро дефицит ощущают пациенты с онкологическими и хроническими заболеваниями, чья жизнь напрямую зависит от регулярного приема препаратов. Официальные представители властей Ирана заявляют, что ситуация находится под контролем, однако поступающие сообщения свидетельствуют о росте цен и сложностях с доступом к жизненно важным медикаментам. На текущий момент состояние рынков Ирана после 12 дней блокады остается напряженным, что вынуждает правительство искать экстренные пути решения проблемы обеспечения внутреннего спроса на лекарства.
Обновлено 1 мая 2026 года: Последствия блокировки ключевых морских путей, включая Ормузский пролив, вышли за пределы иранской экономики. По данным ООН, военный конфликт в регионе привел к удвоению стоимости доставки гуманитарной помощи в Судан. Как сообщила представитель Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН) Карлотта Вольф (Carlotta Wolf), из-за нестабильности в Персидском заливе суда вынуждены перенаправляться в обход мыса Доброй Надежды.
Этот маршрут увеличивает время в пути на срок до 25 дней, что критически сказывается на нуждающихся в помощи регионах. Согласно Middle East Eye и TRT World, расходы на логистику гуманитарных грузов из Дубая в Судан и Чад выросли более чем в два раза — с 927 тысяч до 1,87 миллиона долларов. Ситуация осложняется ростом цен на топливо и повышением страховых премий за военные риски, что усугубляет общий кризис поставок в регионе.
Обновлено 1 мая 2026 года: Кризис в сфере грузоперевозок, вызванный военным противостоянием с участием Ирана, вышел за пределы региона. По данным ООН, логистические сложности в Персидском заливе и Ормузском проливе привели к критическим задержкам в доставке гуманитарной помощи в Судан и Чад.
Как сообщила представитель Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев Карлотта Вольф, из-за блокировки привычных маршрутов через Дубай и Ормузский пролив, перевозчикам приходится использовать путь вокруг мыса Доброй Надежды. Это увеличивает время транспортировки грузов в среднем на 25 дней. На фоне роста цен на топливо и увеличения страховых взносов стоимость доставки гуманитарной помощи из Дубая в Судан и Чад выросла более чем в два раза — с 927 тысяч до 1,87 миллиона долларов.
Ситуация осложняется общей перегруженностью портов и нестабильностью морских коридоров, что, по оценкам ООН, препятствует своевременному оказанию поддержки наиболее уязвимым слоям населения в зонах гуманитарных катастроф.