Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан в ходе выступления 14 апреля заявил, что Израиль предпринимает систематические попытки обозначить Турцию в качестве «нового врага». По словам главы турецкого внешнеполитического ведомства, ранее подобные действия воспринимались как политическая риторика, направленная на внутреннюю аудиторию, однако теперь они трансформируются в государственную стратегию правительства Биньямина Нетаньяху.
Фидан подчеркнул, что, по мнению Анкары, Израиль после начала масштабных действий против Ирана стремится поддерживать статус «осажденной крепости», нуждаясь в постоянном внешнем оппоненте для легитимизации своей политики. Как сообщает Middle East Eye, турецкая сторона рассматривает это как опасную тенденцию, способную привести к дальнейшей дестабилизации ситуации в регионе.
Данное заявление стало продолжением серии тревожных оценок, которые турецкое руководство озвучивает с начала эскалации конфликта на Ближнем Востоке. Еще 28 февраля, после начала открытой фазы противостояния между Израилем и Ираном, президент Реджеп Тайип Эрдоган выступил с осуждением ударов, призвав к немедленному прекращению огня. Турецкие власти неоднократно подчеркивали, что военная стратегия Израиля не ограничится иранской территорией и несет угрозу безопасности соседних государств.
По данным Ekhbary, позиция Анкары заключается в том, что эскалация насилия не является инструментом стабилизации, а, напротив, провоцирует полномасштабную региональную катастрофу. 2 марта президент Эрдоган ужесточил свою риторику, назвав действия Израиля и США нарушением международного права. Он заявил, что Турция не намерена мириться с насилием у своих границ и будет интенсифицировать дипломатические контакты для предотвращения дальнейшего разрастания конфликта.
Напряженность в отношениях между странами наблюдается на фоне серии взаимных обвинений и юридических разбирательств. Ранее турецкие суды инициировали иски против ряда израильских политиков, что вызвало ответную реакцию со стороны Тель-Авива. В Анкаре опасаются, что текущая израильская военная стратегия, направленная на устранение угроз в регионе, может привести к прямому или опосредованному столкновению с Турцией.
На текущий момент турецкая дипломатия продолжает настаивать на необходимости возвращения к механизмам диалога. Представители администрации президента Турции отмечают, что последствия текущего курса израильского правительства могут выйти далеко за пределы Ближнего Востока, затрагивая интересы безопасности на глобальном уровне.
Обновлено 15 апреля 2026 года. В ходе телевизионного выступления 14 апреля министр иностранных дел Турции Хакан Фидан заявил, что Израиль «не может жить без врага» и после Ирана стремится обозначить в этой роли Турцию. По словам Фидана, подобные попытки предпринимают не только представители правительства Биньямина Нетаньяху, но и часть израильской оппозиции.
На фоне обострения риторики в Турции было выпущено обвинительное заключение в отношении 35 высокопоставленных израильских чиновников, включая премьер-министра Нетаньяху, министра обороны Израиля Каца и министра национальной безопасности Бен-Гвира. Как передает BBC✱, фигурантов обвиняют в «преступлениях против человечности» и «геноциде» в связи с атакой на «Флотилию свободы» (Mavi Marmara) в прошлом году.
Израильская сторона ответила резкой критикой. В частности, министр обороны Израиль Кац в социальной сети X назвал президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана «бумажным тигром» и обвинил его в антисемитизме. В свою очередь, премьер-министр Нетаньяху заявил, что Израиль продолжит борьбу с «террористическим режимом Ирана», обвинив Эрдогана в поддержке Ирана и притеснении курдского населения. В ответ на это МИД Турции назвал Нетаньяху «Гитлером современности», ссылаясь на ордер на его арест, выданный Международным уголовным судом.
Аналитики отмечают, что дипломатический разрыв между странами усугубился после того, как в марте обломки иранских баллистических ракет, перехваченных системами НАТО, упали на юго-востоке Турции. Несмотря на протесты Анкары, Турция воздержалась от военных ответных мер, что вызвало обвинения со стороны Израиля в «недостаточной жесткости» по отношению к Тегерану.