На фоне эскалации напряженности вокруг Ирана Россия активизирует использование энергетических ресурсов в качестве рычага внешнеполитического давления. Как сообщает издание Time, текущий кризис, вызванный действиями администрации США под руководством Дональда Трампа, создает условия, в которых Москва может использовать угрозы прекращения поставок природного газа для дестабилизации европейских стран и изменения их позиции по иранскому вопросу.
Аналитики отмечают, что энергетическая дипломатия становится ключевым элементом стратегии России в условиях глобальной геополитической борьбы. По данным отчетов, опубликованных 29 июля, Москва оказывает военную поддержку Тегерану, что в сочетании с контролем над значительной частью энергетического рынка Европы дает Кремлю дополнительные инструменты влияния. Эксперты издания Time подчеркивают, что действия России в текущем конфликте направлены на получение максимальной выгоды от противостояния США и Ирана.
Ситуация осложняется тем, что 29 июля США ввели новые санкции против судоходных компаний, связанных с иранским экспортом, что еще больше сужает пространство для дипломатического маневра. В то же время, 29 июля стало известно о назначении Мохаммада Багера Галибафа куратором отношений с Китаем, что свидетельствует о попытках Тегерана укрепить связи с Пекином в противовес давлению Вашингтона.
На этом фоне Китай, который также сталкивается с ограничительными мерами со стороны США, включая запрет на поставки робототехники и инверторов, введенный 28 июля, демонстрирует готовность к ответным мерам. Министерство коммерции КНР 30 июля официально заявило о готовности принять контрмеры в ответ на действия американской стороны. Несмотря на попытки Китая инициировать диалог между США и Ираном, предпринятые 26 июля, общая напряженность в регионе продолжает расти.
Эксперты полагают, что использование энергетических поставок в качестве инструмента давления может привести к расколу внутри европейских стран, которые вынуждены балансировать между необходимостью обеспечения энергетической безопасности и поддержкой санкционной политики США. В условиях, когда военная помощь России Ирану становится предметом широкого обсуждения, энергетический фактор превращается в центральный элемент, определяющий устойчивость западной коалиции перед лицом иранского кризиса.