На фоне продолжающегося глобального роста военных расходов Россия сосредоточила усилия на укреплении своего подводного ядерного флота. По данным Frankfurter Rundschau, ключевым элементом этой стратегии является наращивание группировки атомных подводных лодок класса «Борей-А» (проект 955А).
Согласно информации Министерства обороны США, эти субмарины обладают улучшенными системами обнаружения и связи, а также сниженной акустической заметностью. Конструктивные изменения, включая использование насосно-водометных движителей и особую геометрию корпуса, позволяют лодкам передвигаться под водой практически бесшумно на скорости до 30 узлов (около 55 км/ч). Первое судно проекта, «Князь Владимир», было введено в строй 12 июня 2020 года и приписано к Тихоокеанскому флоту.
Технические характеристики «Борей-А» включают длину 170 метров и водоизмещение 24 000 тонн. Каждая лодка оснащена 15 межконтинентальными баллистическими ракетами «Булава», способными нести до десяти разделяющихся головных частей индивидуального наведения. Как отмечает издание National Security Journal, суммарный потенциал одного такого носителя может достигать 150 ядерных боеголовок. Для защиты от противолодочных средств корабли оснащены современными гидроакустическими комплексами и средствами противодействия.
По состоянию на август 2024 года, по данным исследовательского института Nuclear Threat Initiative, российский подводный флот насчитывал 64 единицы, включая 16 атомных подводных ракетоносцев. Помимо новых «Бореев», в состав сил входят семь лодок класса «Дельфин», построенных в период с 1985 по 1992 год.
Эксперты отмечают, что развитие подводного флота происходит параллельно с дискуссиями о ядерной риторике России, которые активизировались в европейских СМИ 26 мая. В условиях текущей геополитической напряженности, на фоне обсуждений поставок ПВО и санкционного давления, Москва продолжает реализацию долгосрочной программы модернизации морской компоненты ядерного сдерживания. В отличие от надводных сил, развитие подводного флота зачастую остается менее заметным для широкой общественности, однако именно оно рассматривается как критически важный фактор глобального баланса сил.