Энергетический кризис раскручивает инфляцию
Война в Персидском заливе создала серьёзные препятствия для антиинфляционной политики Британии и Европейского союза. По данным Al Jazeera, с начала боевых действий 28 февраля цены на энергоносители выросли настолько, что ставят под угрозу планы центральных банков по снижению инфляции.
Иранские ракетные удары по израильским и американским объектам, а также атаки на танкеры в Персидском заливе привели к перекрытию Ормузского пролива — канала, через который проходит 20% мировых поставок нефти и газа. Цена барреля нефти Brent выросла с 72 долларов 27 февраля до 106 долларов к 16 марта — прирост на 47%. Ещё более резкий скачок произошёл с ценами на сжиженный природный газ: они выросли почти на 60% с начала конфликта.
Катар и глобальный рынок газа
Критическим моментом стала остановка производства сжиженного газа в Катаре после иранского дронового удара 2 марта. Катар поставляет 20% мировых запасов сжиженного газа, поэтому его выпадение из рынка создало дополнительное давление на цены.
По оценке аналитика Kpler Муюй Сю, страны Азии — в первую очередь Китай, Индия, Япония и Южная Корея — несут основной удар от нарушения поставок. На эти четыре страны приходится 70% нефти, проходящей через пролив. Они вынуждены искать альтернативные источники по значительно более высоким ценам.
Прогнозы экономистов
Макроэкономисты из Capital Economics предложили два сценария развития. Если конфликт продлится недолго и иранские атаки прекратятся, цена нефти упадёт к концу года до 65 долларов за баррель. Однако при продолжении войны цены могут подняться до 130 долларов во втором квартале и остаться выше этого уровня до конца года.
Есть и более пессимистичный прогноз: даже при трёхмесячной длительности конфликта цена нефти может достичь в среднем 150 долларов за баррель в течение следующих полугода.
Падение производительности
Рост стоимости энергии уже начинает сказываться на производительности экономик, зависящих от импорта энергоносителей. Это создаёт риск стагфляции — одновременного роста инфляции и снижения экономического роста, что особенно опасно для Британии и ЕС, которые только начали снижать инфляцию после пиков 2022-2023 годов.
МВФ мониторит ситуацию, однако официальные прогнозы воздействия конфликта на глобальную экономику пока не опубликованы. Неясно также, как долго будут сохраняться нарушения в судоходстве через Ормузский пролив.
Астрономические расходы на оборону
Война потребляет ресурсы беспрецедентными темпами. По данным Bloomberg, в первые шесть дней боевых действий США потратили более 11,3 млрд долларов. Основная часть расходов — 3 млрд долларов — пошла на запуск около 800 ракет-перехватчиков в первую неделю конфликта. По оценке Bloomberg, каждый ракетный перехватчик стоит около 4 млн долларов, что создаёт экономический парадокс: стоимость перехвата часто превышает стоимость атаки. Как отмечает Al Jazeera, эта асимметрия напоминает «дорогой картридж для принтера» для Пентагона.
В США растёт внутреннее недовольство. Опросы, приводимые Bloomberg, показывают, что большинство американцев противятся войне и её растущей стоимости. Одновременно цены на бензин поднялись до 3,84 доллара за галлон — максимума за два года, что усиливает давление на потребителей.
Климатический счёт войны
По анализу Climate and Community Institute, опубликованному The Guardian, в первые 14 дней конфликта выброшено 5 млн тонн парниковых газов — эквивалент годовых выбросов 84 стран с наименьшей углеродной интенсивностью или среднего ископаемого государства вроде Кувейта.
Наибольший вклад — разрушенные здания (2,4 млн тонн CO₂-эквивалента). Второй по величине источник — авиационное топливо: США использовали 150-270 млн литров для бомбардировок, произведя 529 тыс. тонн выбросов. Сожжённое топливо при ударах по хранилищам (особенно после израильских атак на четыре крупных склада вокруг Тегерана) составило 1,88 млн тонн CO₂-эквивалента.
Фред Otu-Larbi, ведущий автор исследования из Университета энергетики и природных ресурсов в Гане, предупредил: выбросы будут расти по мере продолжения конфликта, особенно из-за темпов поражения нефтяных объектов.
Каскадные экономические удары
Проблемы распространяются далеко за пределы энергетики. По данным ZDF, около 500 танкеров застряли по обе стороны Ормузского пролива — ни один не прошёл через него на второй неделе войны. До эскалации суда ежедневно транспортировали 19,5 млн баррелей.
Это создаёт вторичные шоки. Цены на удобрения взлетели: Персидский залив — главный узел глобальной системы поставок азотных удобрений. Почти миллион тонн удобрений застряла в портах. По оценке Michael Berlemann из Гамбургского института мировой экономики, когда фермеры не могут достаточно удобрять поля, это позже отразится на урожайности и ценах на продовольствие.
Авиационный сектор также пострадал. Экономист Franklin Templeton Martin Lück приводит пример: билет эконом-класса из Мюнхена в Бангкок вырос с обычной цены до 3200 евро — прирост на 160% за счёт закрытия воздушного пространства и выпадения Катара и Дубая как ключевых авиационных хабов.
По расчётам Института немецкой экономики (IW), ущерб для немецкой экономики до конца 2027 года составит 40 млрд евро, главным образом из-за роста цен на нефть.
Британия в критической ситуации
Прайм-министр Keir Starmer созвал экстренное совещание на 22 марта с министром финансов Rachel Reeves и главой Банка Англии Andrew Bailey, сообщает South China Morning Post. На повестке — влияние кризиса на семьи и бизнес, энергетическая безопасность и устойчивость цепочек поставок.
Британия особенно уязвима: высокая зависимость от импортного газа, упорная инфляция и ограниченные бюджетные возможности привели к тому, что британские государственные облигации падают быстрее, чем у международных партнёров. По прогнозам некоторых экономистов, инфляция может вернуться к 5% позже в этом году.
Обновлено 23 марта 2026 года
Экономическое давление, вызванное конфликтом, вышло за рамки энергетического сектора. По данным Goldman Sachs, закрытие Ормузского пролива стало крупнейшим ограничением предложения нефти в истории. На этом фоне британский премьер-министр Стармер созвал экстренное совещание по экономике, а в США развернулась дискуссия о выделении 200 млрд долларов на военные нужды. В Конгрессе США выражают сомнения в целесообразности таких трат, в то время как Пентагон уже начал масштабную операцию по переброске оружия из азиатских хранилищ.
Промышленный сектор также демонстрирует признаки стагнации: как сообщает Sky News Arabia, компания Siemens приостановила инвестиции в энергетические и промышленные проекты из-за высоких рисков. Экономический парадокс войны, описанный Fortune и NPR, заключается в высокой стоимости систем ПВО по сравнению с дешевыми дронами, что подтверждается данными CSIS и BBC✱ об ущербе американским базам в 800 млн долларов.
Ситуация осложняется логистическим кризисом: закрытие авиахабов в регионе привело к росту цен на авиабилеты на 160%. В то же время Moody's прогнозирует возможную рецессию в США в течение ближайших 12 месяцев, а Израиль, по официальным данным, потратил 6,4 млрд долларов за первые 20 дней боевых действий.