Власти США на текущий момент не намерены аннулировать вид на жительство (грин-карту) Триты Парси (Trita Parsi), сооснователя вашингтонского аналитического центра «Институт Куинси по ответственному государственному управлению». Об этом 12 июня сообщило агентство TRT World со ссылкой на официального представителя Государственного департамента США.
Вопрос о возможном пересмотре иммиграционного статуса эксперта возник на фоне широкого обсуждения его деятельности, связанной с критикой политики в отношении Ирана. Ранее в прессе появлялись сообщения о возможной депортации Триты Парси, которые вызвали резонанс в экспертном сообществе и среди правозащитников. В Госдепартаменте подчеркнули, что на данный момент планов по лишению Парси права на проживание в стране нет.
Ситуация вокруг Триты Парси разворачивается на фоне общего обострения внутриполитического кризиса в Иране и усиления международного внимания к действиям иранского руководства. В последние дни международные наблюдатели фиксируют рост давления на иранских оппозиционеров и общественных деятелей как внутри страны, так и за её пределами. В частности, 11 июня стало известно о требованиях закрыть офис иранского государственного телеканала в Лондоне, что стало очередным этапом дипломатического противостояния.
Параллельно с этим продолжается обсуждение судьбы иранских граждан в различных юрисдикциях. В частности, 11 июня обсуждались планы депортации иранских граждан в Центральноафриканскую Республику, что вызывает опасения у правозащитных организаций относительно безопасности этих лиц. Также 11 июня поступили сообщения о гибели Сепехра Солтани в Мелек-Шехре и исчезновении Фаршада Махмудиана, что свидетельствует о продолжающейся нестабильности и репрессивных мерах внутри Ирана.
Международная реакция на события в Иране остается неоднозначной. Эксперты отмечают, что западные страны сталкиваются с дилеммой: с одной стороны, необходимо реагировать на нарушения прав человека в Иране, с другой — сохранять каналы для диалога. Вопрос о статусе критиков режима, подобных Парси, является частью более широкой дискуссии о том, как внешние игроки должны выстраивать отношения с иранской оппозицией в условиях, когда режим в Тегеране усиливает контроль над общественным пространством.