18 мая в Северной Америке было официально объявлено о создании «Движения еврейской диаспоры» (Jewish Diaspora Movement, JDM). В новую коалицию вошли 46 организаций, включая синагоги, культурные центры и общественные группы, такие как «Еврейский голос за мир» (Jewish Voice for Peace), «Раввины за прекращение огня» (Rabbis for Ceasefire) и «Американский совет по иудаизму» (American Council for Judaism).
Согласно заявлению учредителей, главной задачей движения является развитие еврейской жизни, основанной на принципах солидарности и универсальной свободы, без опоры на концепцию этнонационализма. Организаторы подчеркивают, что их целью является укрепление еврейской культуры и духовности в тех странах, где проживают представители диаспоры, а не вокруг лояльности конкретному государству. В своем манифесте участники коалиции заявили о неприятии идеи о том, что еврейская идентичность требует существования «милитаризованного этнократического государства».
По данным издания Middle East Monitor, создание этой структуры стало ответом на позицию традиционных еврейских институтов США, которые рассматривают безусловную поддержку политики Израиля как неотъемлемую часть еврейской идентичности. Как сообщает Religion News Service, многие организации, вошедшие в JDM, ранее выступали с критикой действий Израиля в секторе Газа, утверждая, что политическая риторика часто используется для оправдания государственного насилия.
Раввин Андрю Кан, исполнительный директор «Американского совета по иудаизму», отметил, что данная коалиция является частью растущей сети, стремящейся переосмыслить еврейскую практику вне рамок, установленных мейнстримными организациями. В свою очередь, одна из основательниц движения, раввин Алисса Уайз, заявила о планах по расширению коалиции, в которую в будущем могут войти до 200 организаций по всему миру.
Инициатива появилась на фоне обострения общественной дискуссии о безопасности и проявлениях ненависти в США. Ранее, 18 мая, власти квалифицировали стрельбу в Исламском центре Сан-Диего как преступление на почве ненависти. Эти события происходят в условиях общего роста напряженности в цифровом и общественном пространстве, связанного с вопросами национальной и религиозной идентичности, а также международной политикой.