Война на Ближнем Востоке создаёт волну экономических потрясений далеко за пределами региона боевых действий. Страны, не участвующие в конфликте, уже испытывают серьёзные последствия срыва глобальных цепочек поставок и роста цен на энергоносители.
Энергетический кризис в Индии
В Индии нехватка сжиженного газа (ЛПГ) приняла критические масштабы. По данным Patrika News, в Мумбаи закрыто примерно 20% отелей из-за невозможности получить коммерческие газовые баллоны. Ассоциация отелей и ресторанов предупредила, что если поставки не восстановятся в течение трёх дней, под угрозой окажется половина заведений общественного питания города.
Проблема распространилась на промышленность. В индустриальных зонах Насика — Амбаде и Сатпуре — около 1200 предприятий оказались на грани остановки из-за дефицита газа. Нефтяные компании ограничили поставки коммерческих баллонов объёмом 19 и 5 килограммов и одновременно подняли цены на 115 рупий за баллон.
Кризис затронул даже базовые услуги. В Пуне муниципальные власти временно закрыли 18 из 27 крематориев, работающих на ЛПГ, чтобы перенаправить газ на бытовые нужды населения. Цены на бытовые газовые баллоны (14,2 килограмма) выросли на 60 рупий.
Государство ввело новые ограничения на распределение: теперь потребители могут заказывать газ только один раз в 25 дней, что должно предотвратить спекуляцию и накопление запасов.
Угроза для турецкой экономики
Турция сталкивается с потенциальными потерями в масштабе десятков миллиардов долларов. По анализу Turkish business daily Ekonomim, конфликт угрожает 38 миллиардам долларов годового дохода страны — это сумма экспорта в страны Ближнего Востока через Иран (31 миллиард долларов) и туристических поступлений из региона (7 миллиардов долларов).
Уже фиксируются первые признаки срыва: отмены заказов от региональных партнёров, очереди на турецко-иранской границе, накопление товаров на складах в ожидании возможности доставки. Турецкие официальные лица пока не подтверждали задержки грузовиков на границе, однако деловые источники сообщают о растущих проблемах.
Для контекста: общий экспорт Турции в 2025 году составил 273,4 миллиарда долларов, туристические доходы — 65 миллиардов долларов. В худшем сценарии потери от кризиса могут превысить 10% совокупного дохода от экспорта и туризма.
Глобальная цепочка поставок под давлением
Проблемы в Индии и Турции — часть более широкой картины. Закрытие Ормузского пролива и рост цен на нефть выше 115 долларов за баррель создали условия для глобального энергетического шока. Развивающиеся экономики, которые полагаются на импорт энергии, оказались наиболее уязвимы.
Эксперты предупреждают, что если конфликт затянется, цены на топливо и газ в Индии будут расти дальше, что повлияет на стоимость товаров и услуг для всего населения — от малого бизнеса до крупных промышленных предприятий.
Глобальные риски для развивающихся рынков
По оценке Fitch, опубликованной 11 марта, конфликт с Ираном несёт серьёзные кредитные риски для суверенных развивающихся экономик. Как указывает агентство в докладе «Iran conflict raises new credit risks for emerging market sovereigns», устойчивые перебои в поставках энергии из Персидского залива могут иметь тяжёлые последствия для стран-импортёров.
Fitch предупредила, что под давлением окажутся денежные переводы, обменные курсы и инвестиционные настроения на развивающихся рынках. «Более продолжительные перебои в энергоснабжении, чем предполагалось в нашем базовом сценарии, могут значительно подорвать глобальные инвестиционные настроения», — говорится в докладе.
Для крупных экономик вроде Индии импорт ископаемого топлива составляет 3% и более от ВВП. Рост цен на энергоносители может усилить инфляционное давление и затруднить денежно-кредитную политику. Агентство также ожидает укрепления доллара и сужения рынка долговых бумаг, особенно для высокорискованных заёмщиков.
По данным Fitch, нефть и газ — самый прямой канал передачи экономического шока от конфликта. Если энергетические издержки резко возрастут или капитальные потоки станут волатильными, это может повысить стоимость заимствований и создать дополнительное давление на государственные финансы развивающихся стран.
Туристический коллапс в странах Персидского залива
Война, начавшаяся 28 февраля, нанесла критический удар по имиджу региона как безопасного и привлекательного направления для туристов и инвесторов. По данным Caspian Post, туристический сектор Ближнего Востока теряет около 600 миллионов долларов ежедневно из-за отмены рейсов, закрытия воздушного пространства и растущих опасений путешественников.
Дубай, ставший за последнее десятилетие магнитом для состоятельных иностранцев, оказался в центре кризиса. По данным аналитической группы AirDNA, только в неделю до 6 марта в городе было отменено более 80 тысяч бронирований краткосрочных аренд жилья. По информации Frankfurter Rundschau, иранские атаки повредили люксовый отель Fairmont The Palm, вызвали пожар в Burj Al Arab и повредили аэропорт Дубая. В пятницу 7 марта жители получили экстренное предупреждение о ракетной угрозе.
По анализу Tourism Economics, война продолжительностью одну-три недели приведёт к потере 23 миллионов международных туристов в 2026 году и убыткам в 34 миллиарда долларов для стран Ближнего Востока. При продлении конфликта на один-два месяца потери возрастут до 56 миллиардов долларов, сообщает TF1 Info.
Дубай в 2025 году привлёк рекордные 19,59 миллиона туристов — на 5% больше, чем в 2024 году. По данным Henley & Partners, с 2014 года население миллионеров в городе удвоилось до 81 тысячи человек. Только в 2025 году в Дубай переехало примерно 9800 миллионеров, принесших с собой 63 миллиарда долларов, отмечает Frankfurter Rundschau.
По оценке France 24, туристическая индустрия региона, стоящая около 367 миллиардов долларов в год, столкнулась с тем, что «доверие к странам Персидского залива как туристическим направлениям и транспортным узлам было принципиально подорвано».
Критика из ОАЭ и энергетический кризис в Азии
Даже в ОАЭ, которые являются близким союзником США, растёт критика в адрес американско-израильской операции. По данным Frankfurter Rundschau, миллиардер и владелец отелей Халаф аль-Хабтур 5 марта обратился к президенту Трампу с открытым письмом объёмом более 500 слов: «Кто дал вам право втягивать наш регион в войну с Ираном? На каком основании вы приняли это опасное решение?»
Кризис усугубляется для Японии. По данным Sina Finance (新浪财经), закрытие Ормузского пролива Ираном отрезает жизненно важный энергетический канал для страны, которая импортирует около 90% сырой нефти с Ближнего Востока. Эксперты предупреждают, что при полной блокаде цена нефти может достичь 140 долларов за баррель, что нанесёт «смертельный удар» по экономике Японии и снизит ВВП на три процентных пункта.
В Индии ситуация остаётся критической. По данным Devdiscourse, индийские власти создали специальную комиссию для рассмотрения просьб отрасли о помощи. Ресторанный и гостиничный бизнес находится на грани массовых закрытий из-за нехватки сжиженного газа, вызванной блокадой судоходства в Персидском заливе и Ормузском проливе.
Гуманитарный кризис и срыв глобальной логистики
Война создаёт угрозу для всей системы международной гуманитарной помощи. По данным Council on Foreign Relations, 1 марта в дубайском порту Джебель-Али — крупнейшем контейнерном терминале Ближнего Востока, расположенном в десяти минутах от Международного гуманитарного города (МГГ) — произошёл пожар после попадания обломков иранской ракеты. МГГ в Дубае является ключевым логистическим центром мировой системы реагирования на кризисы.
По данным Международной организации по миграции ООН, контейнеры теперь облагаются аварийным сбором в размере 3 тысяч долларов. Всемирная продовольственная программа ООН предупредила, что давление на цепочки поставок повышает стоимость спасательных операций.
Конфликт вызвал три глобальных экономических шока, которые угрожают усугубить гуманитарные кризисы во всём мире. Во-первых, с 1 марта произошёл глобальный отток в сторону доллара, что ослабило валюты развивающихся стран. Импортируемые продукты питания, оценённые в долларах, становятся недоступнее для беднейших стран. Во-вторых, нарушены поставки удобрений: азотные удобрения производятся из природного газа, и значительная часть глобальных поставок проходит через Персидский залив. Хотя компания Fertiglobe (Абу-Даби) сообщила о нормальном производстве 4 марта, вывезти удобрения из ОАЭ через Ормузский пролив невозможно. Судан, ставший худшим гуманитарным кризисом в мире после двух лет голода подряд, импортирует более 50% удобрений из региона Персидского залива.
В-третьих, цены на нефть резко выросли. По данным CFR, цена барреля Brent с 6 марта подскочила на 21%, а 9 марта достигла почти 110 долларов за баррель внутридневно, прежде чем упасть. Катар предупредил, что цены могут превысить 150 долларов. Для гуманитарных организаций это означает рост затрат на каждом этапе — от доставки лекарств до работы дизельных генераторов в клиниках.
По оценке CFR, эти шоки вместе создают «полукризис»: сетка логистики, укрепление доллара, дефицит удобрений и скачки цен на нефть толкают голодающих в чрезвычайное положение, а тех, кто уже в кризисе, — к голоду.
Волна перемещения населения
До начала операции 28 февраля в регионе уже находилось 25 миллионов перемещённых лиц. Текущая эскалация угрожает резко увеличить это число. В Ливане, переживающем историческое экономическое крушение, новая эскалация между Хезболлой✱ и Израилем уже вызывает новую волну перемещения населения, что подтверждают сообщения гуманитарных организаций.