Экономический удар и социальный раскол
Война с Ираном, начавшаяся 28 февраля, превратилась в дорогостоящее предприятие, которое американское общество не поддерживает. По данным The Guardian, первые две недели конфликта обошлись США примерно в $1 млрд в день — или $41,6 млн в час. Это беспрецедентные расходы в условиях, когда большинство американцев выступают против военной операции.
«Это первая война в современной истории США, которую начали без поддержки большинства населения», — отмечает Financial Times. Опросы показывают, что американцы озабочены ростом цен на энергоносители и стоимостью жизни, а не стратегическими целями в Персидском заливе.
Нефтяной шок и угроза рецессии
Когда танкеры прекратили проход через Ормузский пролив, цены на нефть превысили $100 за баррель. По данным Al Jazeera, это стало первым ощутимым последствием войны для большинства стран мира. Экономисты предупреждают: если нефтяной шок продлится несколько недель, он может спровоцировать каскадный рост цен и замедление экономического роста — сценарий, напоминающий рецессию после иранской революции 1979 года.
Дешевизна топлива бьёт по беднейшим слоям населения. Демократы готовятся использовать рост энергоцен для привлечения избирателей перед промежуточными выборами в конгресс, которые традиционно сосредоточены на вопросе доступности жилья и услуг.
Глобальные экономические последствия
Война переформатирует мировую экономику. Россия выигрывает от высоких цен на нефть — доходы пойдут на финансирование войны в Украине. Европейцы опасаются, что американское использование противоракетных систем против Ирана сократит поставки вооружения Украине. Китай рискует потерять доступ к иранской нефти и одновременно столкнуться с нарушениями в торговле с Ближним Востоком.
В Европе растут опасения новой волны миграции. Потенциальный коллапс иранской экономики может вынудить миллионы людей покинуть страну, повторив сценарий 2015 года, когда более миллиона мигрантов обратились за убежищем в ЕС.
Неясные цели и политический риск для Трампа
Основная проблема — администрация Трампа так и не сформулировала чёткие цели войны. Министр обороны Пит Хегсет говорит об уничтожении иранских ракет и ядерной программы, но президент постоянно противоречит ему, то называя операцию успехом, то намекая на режимные перемены. По данным WBUR, это создаёт опасность открытого конфликта без плана выхода.
Трамп, который в 2016 году критиковал иракскую войну, теперь сам развязал конфликт без одобрения конгресса и без поддержки союзников. По мнению The Guardian, это символизирует кульминацию его «имперского президентства» — концентрацию власти в руках одного человека.
Что дальше
По данным China-US Focus, Иран не сломлен. Новый верховный лидер Мджтаба Хаменеи организовал эффективный переход власти и методичный военный ответ. США и Израиль достигли тактических успехов, но стратегические цели остаются недостижимыми. Трамп уже признал, что война может длиться 4-5 недель или дольше — далеко от первоначального обещания молниеносной операции.
Война станет политическим бременем для администрации перед промежуточными выборами, когда американцы сосредоточены на экономических проблемах дома.