Противоречивые оценки хода войны
Президент Дональд Трамп 9 марта заявил, что война с Ираном «почти завершена», утверждая, что Иран потерял «военно-морской флот, системы коммуникации, военно-воздушные силы». По данным CNN, администрация Трампа рассматривает сценарий завершения операции в течение нескольких недель.
Однако эти оценки резко контрастируют с информацией от иранского руководства и независимых аналитиков. По сообщению BBC✱, парламент Ирана 8 марта отверг возможность переговоров о прекращении огня. Спикер Мохаммад Багер Галибаф заявил: «Мы решительно не стремимся к перемирию… мы должны наказать агрессора».
Иран объявляет паузу, но остаётся боеготовым
По данным Devdiscourse, президент Масуд Пезешкян 7 марта объявил о временном приостановлении военных наступлений против соседних стран, однако это приостановление условно и будет отменено в случае новых атак. Это заявление не означает отказ от войны, а скорее тактический манёвр.
По сообщению Al Jazeera, иранское командование официально заявило о готовности вести интенсивные боевые действия минимум шесть месяцев при нынешних темпах. По данным Sky News Arabia, иранские ракетные запуски снизились с 350 в первый день до 6-10 в сутки, однако это отражает не де-эскалацию, а реальное сокращение боевых возможностей после американо-израильских ударов.
Новая иранская стратегия: региональное расширение
По информации akhbaralyawm.com, иранское руководство после гибели верховного лидера Али Хаменеи внедрило новую стратегию под названием «мозаичная оборона» (децентрализованный подход, позволяющий командирам действовать независимо при разрыве связи). Вместо сосредоточенного ответа на израильские удары Иран расширяет конфликт по всему Ближнему Востоку, нанося удары по странам Персидского залива, нефтяным объектам и портам.
По данным WION, Иран атаковал ОАЭ, Катар, Бахрейн, Кувейт и Ирак, превратив их в участников конфликта. Это стратегия давления на международное сообщество через экономические последствия: рост цен на нефть, нарушение морских перевозок в Ормузском проливе, через который проходит 20% мировых нефтяных поставок.
Расхождение между США и Израилем
По данным Wall Street Journal и Al Jazeera, между Вашингтоном и Тель-Авивом обнажилось глубокое расхождение в целях войны. Трамп намекает на возможность скорого завершения, в то время как израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху настаивает на полной победе, включая возможность ликвидации нового верховного лидера Мохтабы Хаменеи.
По сообщению Al Jazeera, в закрытых беседах израильские официальные лица выражают скептицизм относительно скорого краха иранского режима, несмотря на заявления Трампа. Министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар говорит о затяжной кампании с неопределённым исходом.
Стратегический паралич в Вашингтоне
По данным New York Times, администрация Трампа серьёзно недооценила иранский ответ. Министр энергетики Крис Райт 18 февраля заявил, что не обеспокоен нарушением нефтяных поставок, однако в последние дни Иран угрожает атаками на танкеры в Ормузском проливе, что привело к остановке коммерческих перевозок и скачку цен на нефть.
По сообщению New York Times, внутри администрации растёт пессимизм относительно отсутствия чёткой стратегии завершения войны. Сенатор-демократ Кристофер Мёрфи заявил, что администрация не имеет плана по Ормузскому проливу и не знает, как его безопасно открыть.
Исторические параллели и стратегический тупик
По анализу The Guardian и Al Jazeera, война попала в ловушку, аналогичную вьетнамскому конфликту. Военное превосходство США и Израиля не гарантирует политическую победу. Иран, будучи слабее в прямом военном столкновении, преобразует конфликт в многомерную войну истощения через региональное расширение, экономическое давление и политическое противостояние.
По данным France 24, война рискует укрепить позиции иранских радикалов и усилить стремление к ядерному оружию как средству предотвращения будущих нападений. Если режим выживет в текущем конфликте, это может привести к более агрессивной ядерной политике.
Неопределённость на 12-й день
По сообщению Al Jazeera, 12-й день войны 2026 года существенно отличается от 12-го дня войны июня 2025 года, когда было достигнуто перемирие. На этот раз дипломатических каналов нет, целей войны не определено, а региональный конфликт расширяется. Иран продолжает демонстрировать боевые возможности, несмотря на потери, а администрация Трампа не имеет ясной стратегии завершения конфликта.