После более чем двух недель военных обменов между США, Израилем и Ираном конфликт охватил весь регион и вызвал глобальные экономические потрясения. Европа оказалась перед выбором: поддержать американскую стратегию или отстаивать собственные интересы в сохранении региональной стабильности и ядерного соглашения.
Позиция Европы: дипломатия вместо военных действий
Европейские лидеры последовательно призывают к деэскалации. Каллас призвала к выходу из иранской войны, Макрон предложил мораторий на удары по гражданской инфраструктуре, а Таяни призвал к более сильным действиям ООН. На саммите ЕС в Брюсселе иранский кризис стал центральной темой обсуждения.
Однако европейская дипломатия остаётся в тени американской инициативы. Израильский премьер-министр Нетаньяху позиционирует войну как путь к миру на Ближнем Востоке, но, как отмечает аналитический центр PRIF, это очередное пустое обещание. Военные действия в Газе, несмотря на обещания "полной победы", не привели к желаемым результатам.
Роль Германии: уникальная позиция
По данным PRIF Blog, Германия занимает уникальное положение в европейской дипломатии, поддерживая крепкие связи как с Вашингтоном, так и с Иерусалимом. Это даёт ей возможность убедить Израиль взять на себя обязательства по комплексным мерам укрепления доверия с палестинцами и соседними странами — мерам, которые в конечном итоге приведут к созданию палестинского государства.
Мерц резко критикует политику Трампа в отношении Ирана, но одновременно приветствует сигналы Трампа о деэскалации. Это отражает сложную позицию Берлина: критиковать американский подход, но оставаться в альянсе.
Проблемы, которые не решит война
Военные действия ослабили иранский режим, но он остаётся нетронутым. По данным PRIF, режим Революционной гвардии угнетает иранский народ — в январе 2026 года при подавлении протестов, по официальным данным, погибло не менее 3 тысяч человек, по данным международных правозащитных организаций — до 30 тысяч.
По мнению аналитиков, без дипломатических усилий регион будет переходить от одной эскалации к другой. Военное вмешательство уже дважды доказало свою неэффективность для смены режима на Ближнем Востоке и потенциально дестабилизирует весь регион.
Что дальше
Европе предстоит балансировать между поддержкой трансатлантического альянса и защитой собственных интересов. Безопасность Ормузского пролива стала приоритетом для ЕС, учитывая угрозу глобальным энергетическим потокам. Великобритания возглавляет дипломатические усилия по созданию коалиции, но без европейской дипломатической активности долгосрочное урегулирование маловероятно.
Время для переговоров сужается. Без активного участия Европы в переговорном процессе регион рискует остаться в состоянии хронической нестабильности.
Обновлено: Франция требует уступок от Ирана
По данным рейтер-агентства (со ссылкой на заявления французского МИД), министр иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро 20 марта потребовал от Ирана «крупных уступок» и «радикального изменения подхода», позволяющего Тегерану мирно сосуществовать с соседними странами.
Выступая на пресс-конференции в аэропорту Бен-Гурион близ Тель-Авива, Барро назвал три основных вызова для региональной стабильности: иранскую ядерную программу, программу баллистических ракет и поддержку вооружённых группировок в регионе. Он подчеркнул, что «какой бы ни была развязка текущих военных операций, её результаты должны быть закреплены политическим решением, ведущим к долгосрочным результатам».
Министр также связал региональную стабильность с реализацией американского плана по Газе, объявленного осенью 2025 года. План предусматривает беспрепятственную доставку гуманитарной помощи, разоружение ХАМАС✱ и возрождение политического процесса на основе решения о двух государствах.
Визит Барро в регион (19-20 марта) включал встречи с ливанским президентом Жозефом Аоуном и премьер-министром Наифом Саламом в Бейруте, а также с израильским министром иностранных дел Гидеоном Саром в Иерусалиме. Барро раскритиковал решение «Хезболлы✱» присоединиться к иранским атакам на Израиль, назвав его «неприемлемым и безответственным».
Позиция Франции отличается от более мягкого подхода других европейских лидеров. Если Макрон предложил мораторий на удары по гражданской инфраструктуре, а Каллас призвала к выходу из войны, то Барро делает упор на необходимость уступок именно от Ирана, а не взаимной деэскалации.