От углеводородов к молекулам — в условиях кризиса
Страны Персидского залива переходят от традиционной экспортной модели, основанной на сырой нефти и газе, к многоэнергетическому портфелю, включающему водород, аммиак, углеродные решения и чистую электроэнергию. По данным Eurasia Review, этот сдвиг позволяет региону сохранить геополитическое влияние в условиях глобальной энергетической трансформации.
Стратегические преимущества региона
Диверсификация опирается на три ключевых фучастника. Во-первых, Персидский залив обладает огромными запасами углеводородов и одновременно располагает одними из самых конкурентных в мире ресурсами солнечной и ветровой энергии. Во-вторых, суверенные фонды благосостояния и государственные энергетические компании располагают долгосрочным капиталом для финансирования крупной инфраструктуры. В-третьих, географическое положение региона между Европой, Азией и Африкой делает его естественным коридором для энергетической торговли.
СПГ как переходный мост
Сжиженный природный газ остаётся наиболее зрелой и коммерчески надёжной частью новой экспортной модели. Расширение катарского месторождения North Field увеличит производство СПГ с 77 млн тонн в год до примерно 142 млн тонн к 2030 году. Проект Ruwais LNG в ОАЭ добавит 9,6 млн тонн мощности, более 80 процентов которой уже зарезервировано долгосрочными контрактами. Объект спроектирован как одно из самых низкоуглеродных предприятий СПГ в регионе и будет работать на чистой электроэнергии.
Однако СПГ сталкивается с долгосрочной неопределённостью. Конкуренция со стороны США и Австралии, ужесточение климатической политики и риск насыщения спроса после 2030-х годов означают, что газ следует рассматривать не как конечную точку стратегии, а как переходный мост к более широкому многоэнергетическому портфелю.
Военная эскалация угрожает инфраструктуре
11 марта обстановка в регионе резко обострилась. По данным военных источников, Иран нанёс удары по контейнеровозу в Ормузском проливе и запустил дроны в сторону саудовского месторождения Шайба. США ответили ударами по иранским кораблям-минзагам у Ормузского пролива и уничтожили более дюжины иранских судов. Администрация США рассматривает захват острова Харг — ключевого узла нефтяной инфраструктуры региона.
Эти события создают прямую угрозу для реализации энергетических проектов. Saudi Aramco активизирует трубопровод «Восток-Запад» на максимальную мощность, пытаясь обойти Ормузский пролив. Международное энергетическое агентство объявило о подготовке рекордного высвобождения стратегических запасов нефти.
Глобальные последствия
По данным The New York Times, иранский кризис может одновременно ускорить переход на возобновляемые источники энергии, но также стимулировать возврат к углю в странах, ищущих быстрые альтернативы. Индия ввела чрезвычайное распределение газа по приоритетным секторам, гостинично-ресторанный сектор столкнулся с полной остановкой поставок газовых баллонов. Цены на отопительное масло в сельской Британии более чем удвоились, Таиланд вводит меры экономии энергии, Китай повысил розничные цены на топливо.
Трамп объявил о строительстве первого за 50 лет нефтеперерабатывающего завода в США — решение, которое отражает стремление снизить зависимость от импорта на фоне региональной нестабильности.
Долгосрочная стратегия Персидского залива по диверсификации энергетического экспорта остаётся актуальной, но её реализация теперь зависит от стабилизации ситуации в регионе и способности инвесторов управлять геополитическими рисками.
Кризис ускоряет переход к возобновляемым источникам
Война в регионе, начавшаяся в марте, продемонстрировала уязвимость экономик, зависящих от ископаемых топлив. По данным Euronews и Le Temps, блокада Ормузского пролива привела к скачку европейских цен на газ на 50% за две недели конфликта. За первые десять дней войны импорт ископаемых топлив в ЕС обошёлся на 2,5 млрд евро дороже, чем по средним ценам 2025 года, сообщает Le Temps.
Секретарь ООН по климату Саймон Стилл назвал кризис «суровым уроком» о рисках зависимости от нефти и газа. «Зависимость от ископаемых топлив подрывает национальную безопасность и суверенитет», — заявил Стилл в подготовленных замечаниях для чиновников ЕС 16 марта. ЕС импортирует более 90% нефти и 80% газа, что делает его особенно уязвимым перед геополитическими потрясениями.
Инвестиции в африканские возобновляемые источники ускоряются
Несмотря на конфликт, суверенные фонды благосостояния стран Персидского залива остаются приверженными инвестициям в возобновляемую энергию. По данным Clean Air Task Force, цитируемым Euronews и Devdiscourse, более 101,9 млрд долларов из стран Залива направлено в африканский сектор возобновляемой энергии к концу 2024 года. Лидируют ОАЭ, Саудовская Аравия, Катар, Кувейт и Бахрейн.
Аналитики указывают, что эти инвестиции вряд ли будут свёрнуты из-за войны, так как они движимы долгосрочными экономическими интересами. Африка сталкивается с дефицитом электроэнергии — около 600 млн человек не имеют доступа к электричеству. Инвестиции сосредоточены в Северной, Южной и Восточной Африке, где спрос растёт из-за урбанизации и роли континента в глобальных цепочках поставок.
Новые направления энергетической политики
Китай запустил пилотную программу по расширению промышленного использования водорода, сообщает South China Morning Post 17 марта. Целевая цена водорода для конечных потребителей должна снизиться до 25 юаней (3,63 доллара) за килограмм к 2030 году. Программа предусматривает удвоение количества водородных топливных элементов с 100 тысяч единиц в течение пяти лет.
Колумбия, которая проводит амбициозную программу отказа от ископаемых топлив, столкнулась с испытанием. Цена нефти Brent достигла 100 долларов за баррель, создавая финансовые стимулы для расширения добычи. Однако президент Густаво Петро остаётся приверженным курсу на прекращение выдачи лицензий на разведку нефти и газа, хотя это вызывает внутриполитическое сопротивление, пишет Foreign Policy 17 марта.
Вместе с тем, администрация США согласилась выплатить компании TotalEnergies около 1 млрд долларов за отмену контрактов на ветровые электростанции у берегов Нью-Йорка и Северной Каролины, сообщает Devdiscourse. Французская компания переориентируется на газовую инфраструктуру в Техасе.
Глобальный ответ: возобновляемые источники как страховка от кризиса
Война в Иране и закрытие Ормузского пролива (произошло после атак США и Израиля 28 февраля) привели к неожиданному ускорению глобального перехода на чистую энергию. По данным аналитического центра Ember, электромобили в 2025 году сэкономили мировой экономике 1,7 млн баррелей нефти в день — эквивалент 70% экспорта Ирана. По прогнозам Bloomberg, к 2030 году эта цифра удвоится до 5,25 млн баррелей в сутки.
Китай, где более половины новых автомобилей в 2025 году были электрическими, может сэкономить 28 млрд долларов ежегодно на импорте нефти при текущих ценах. Европа, где доля электромобилей достигла 26% продаж, сэкономит около 8 млрд долларов в год. Как отметил аналитик Ember Дан Уолтер: «Волатильность цен на нефть делает электромобили логичным выбором для стран, желающих защитить себя от будущих шоков».
Пакистан: солнечная революция как спасение
Пакистан продемонстрировал наиболее драматичный пример адаптации. По данным The Guardian и Frankfurter Rundschau, доля солнечной энергии в электросети страны выросла в пять раз между декабрём 2021 и декабрём 2025 года, достигнув примерно одной пятой всей генерируемой электроэнергии. Это произошло в основном благодаря инициативе граждан, а не государственным программам: граждане и компании устанавливали солнечные панели на крышах, чтобы избежать высоких счетов и перебоев в электроснабжении.
По оценкам организаций Renewables First и Centre for Research on Energy and Clean Air, солнечная экспансия Пакистана помогла избежать импорта нефти и газа на сумму около 12 млрд долларов с февраля 2026 года. Это критически важно: более 90% импорта СПГ и нефти Пакистана проходит через Ормузский пролив, который сейчас заблокирован. Сокращение спроса на газ для электроэнергии (особенно в дневные часы) позволило стране перенаправить долгосрочные контракты с Катаром и избежать самых острых последствий кризиса.
Переосмысление энергетической стратегии
По данным Daily Sabah, мировые лидеры переоценивают подходы к энергобезопасности. Европа в минувшую неделю объявила о новых финансовых гарантиях для атомной энергетики после десятилетий закрытия АЭС. Китай в первый день войны призвал ускорить переход на возобновляемые источники и расширить аварийные запасы. США и Япония инвестируют 40 млрд долларов в малые модульные реакторы.
Международное энергетическое агентство назвало блокаду Ормузского пролива крупнейшим сбоем в истории глобальных энергоснабжений: заблокировано около 20% мировых поставок нефти и СПГ. Цена нефти Brent превысила 115 долларов за баррель. Однако, как отмечает Devdiscourse, этот кризис одновременно демонстрирует конкурентоспособность возобновляемых источников как стратегической альтернативы уязвимым маршрутам поставок ископаемых топлив.