После назначения Мохтабы Хаменеи верховным лидером Ирана иранские силовые структуры, включая Революционную гвардию (ИРПА), демонстрируют готовность к подчинению новому руководству. Однако этот процесс происходит на фоне растущих сомнений в его способности эффективно управлять государством.
Позиция военных структур
По данным Iran International, Революционная гвардия оказывала активное давление на Совет экспертов при назначении Мохтабы Хаменеи в качестве верховного лидера. Это указывает на то, что силовые ведомства сыграли ключевую роль в процессе передачи власти и намерены сохранить влияние в новой иерархии.
Хотя официальных заявлений ИРПА о полной поддержке нового лидера пока не поступало, военные структуры воздерживаются от открытой критики. 15 марта Революционная гвардия выступила с критикой американской разведки, косвенно защищая легитимность назначения Мохтабы Хаменеи и демонстрируя консолидацию вокруг новой власти.
Проблемы с легитимностью
Назначение Мохтабы Хаменеи вызвало значительные сомнения как внутри иранского истеблишмента, так и за рубежом. Израильская разведка утверждает, что новый лидер не контролирует иранский режим, а духовенство и военные ставят под сомнение его здоровье.
Добавляет сложности и то, что Мохтаба Хаменеи остаётся невидим для общественности спустя две недели после назначения. Это отсутствие видимости затрудняет процесс укрепления его авторитета среди населения и даже внутри элиты.
Давление на режим
По мнению The Jerusalem Post, с уходом Али Хаменеи Иран ускоряет сдвиг в сторону усиления роли военных структур. Это может означать, что Революционная гвардия и другие силовые ведомства будут играть более активную роль в принятии политических решений при новом лидере.
Сомнения в компетентности Мохтабы Хаменеи были подтверждены американской разведкой, которая указывала на озабоченность самого Али Хаменеи способностями своего сына к управлению государством. Несмотря на это, силовые структуры продолжают демонстрировать формальную лояльность новому руководству.
Перспективы
Консолидация Революционной гвардии вокруг Мохтабы Хаменеи может быть как стратегическим решением военных сохранить влияние, так и попыткой обеспечить стабильность в переходный период. Однако долгосрочная стабильность его режима будет зависеть от способности завоевать доверие как внутри элиты, так и среди населения.
Обновление: новые разведданные о балансе власти
По данным The Jerusalem Post (21 марта), израильские и американские разведслужбы пришли к выводу, что Мохтаба Хаменеи жив, но не контролирует реальную власть в Иране. Как сообщают источники, знакомые с деталями, баланс сил склоняется в пользу Революционной гвардии.
«Наиболее вероятный сценарий — это то, что Революционная гвардия контролирует его, а не наоборот», — заявил один из хорошо информированных источников. При этом официальные лица Израиля и США подчеркивают, что текущие разведданные указывают на то, что Хаменеи ранен, но жив и способен выполнять по крайней мере некоторые функции.
Однако даже если он формально участвует в принятии решений, его полномочия ограничены и далеки от абсолютных — несопоставимы с уровнем централизованной власти, которой долгое время обладал его отец, аятолла Али Хаменеи.
В пятницу, во время Новруза (иранского Нового года), ожидалось, что Мохтаба обратится к общественности с видео- или аудиообращением. Вместо этого была опубликована только письменное заявление с несколькими неподвижными изображениями. Время съёмки этих фотографий остаётся неясным, что усиливает спекуляции о его реальном состоянии и уровне контроля.
Революционная гвардия как фактический правитель
По данным The Jerusalem Post (22 марта), Революционная гвардия (ИРПА) в настоящий момент фактически управляет Ираном, несмотря на то что Мохтаба Хаменеи остаётся номинальным верховным лидером. Это развитие подтверждает ранее поступавшие сообщения о том, что силовые структуры играют определяющую роль в управлении государством.
Такой расклад соответствует информации, поступившей от израильской разведки, которая ещё 19 марта заявляла, что новый лидер не контролирует иранский режим. Кроме того, это согласуется с анализом The Jerusalem Post от 21 марта, согласно которому Иран ускоряет сдвиг в сторону усиления роли военных структур после смерти Али Хаменеи.
Получается, что процесс консолидации вокруг Мохтабы Хаменеи, о котором сообщалось ранее, на деле представляет собой укрепление власти Революционной гвардии, которая использует номинального верховного лидера для сохранения видимости институциональной легитимности.
Обновлено 24 марта 2026 года: По данным «Аль-Джазиры», в условиях эскалации противостояния с США иранская система управления претерпела изменения, при которых принятие стратегических решений перешло к военным и разведывательным структурам. Журналист Абдель Кадер Файез отмечает, что ключевым органом, координирующим действия армии, Революционной гвардии и сил «Басидж», является штаб «Хатам аль-Анбия». В этой системе Мохтаба Хаменеи опирается на «людей нового лидера» — выходцев из силовых ведомств.
Эксперт Австралийского национального университета Алим Салех указывает, что реальная власть сосредоточена в Высшем совете национальной безопасности, где военные определяют стратегию, а роль верховного лидера сводится к финальному утверждению решений. На фоне этого процесса США ищут каналы коммуникации с Тегераном, используя посредничество Пакистана, Египта и Турции, которые имеют налаженные связи с иранскими спецслужбами. В качестве возможного связующего звена между военными и политическими институтами Ирана западные наблюдатели рассматривают спикера парламента Мохаммада Багера Галибафа, чья кандидатура обсуждается в Вашингтоне как потенциальный партнер по переговорам.
В то же время заместитель главного редактора The Washington Times Тим Константин подчеркивает, что сохраняется высокая степень неопределенности относительно того, кто именно в Тегеране обладает правом решающего голоса, что затрудняет дипломатический процесс.
Обновлено: 24 марта 2026 года
24 марта власти Ирана объявили о назначении Мохаммада Бакера Золькадра секретарем Высшего совета национальной безопасности. По данным The Economic Times и Reuters, Золькадр, ветеран Революционной гвардии и бывший секретарь Совета по целесообразности, сменил на этом посту Али Лариджани, погибшего в результате израильско-американского удара 17 марта.
Как сообщает BBC✱ Persian, назначение было утверждено президентом Масудом Пезешкианом при согласии верховного лидера Мохтабы Хаменеи. Аналитики, опрошенные Al Jazeera, отмечают, что приход на этот пост фигуры с глубоким военным и разведывательным прошлым свидетельствует о стремлении Тегерана к ужесточению контроля над процессами принятия решений в условиях военного конфликта.
По информации The Jerusalem Post и других западных изданий, назначение Золькадра рассматривается как признак усиления влияния Революционной гвардии на государственную политику. В экспертной среде отмечают, что новая кадровая перестановка направлена на обеспечение стабильности режима и централизацию управления в условиях продолжающихся боевых действий и давления со стороны США и Израиля.