Новая расстановка сил на Ближнем Востоке
По данным The Jerusalem Post, региональная архитектура Ближнего Востока переживает радикальные изменения. Если ещё недавно Турция рассматривала иранский режим как противовес западному влиянию, то теперь, когда режим находится в критическом состоянии, Анкара кардинально меняет стратегию.
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган переходит от защиты Ирана к позиционированию себя в качестве единственного оставшегося чемпиона политического ислама в регионе. Про-правительственные турецкие колумнисты начали называть Израиль последним препятствием на пути к региональной стабильности, с явными намёками на то, что после Ирана наступит очередь Турции.
Сирия как поле битвы
Самые наглядные признаки этого сдвига видны в Сирии. 14 марта назначение курдского командира Сипана Хемо на должность заместителя министра обороны Сирии по восточному региону сигнализирует о том, что Турция и её партнёры движутся быстрее Запада при консолидации пространства, оставленного Ираном.
Турция использует Сирию как стратегическую доску, размещая свои разведывательные и противовоздушные активы так, чтобы сфера её влияния приблизилась к израильской границе ближе, чем когда-либо. Кооптируя курдских командиров, которые были костяком американской коалиции, Дамаск и Анкара фактически нейтрализуют западный рычаг влияния в постконфликтной обстановке.
Вызов для Запада
Аналитики указывают на принципиальное отличие турецкого вызова от иранской модели. Если Иран действовал через сеть прокси, то Турция — это государственный актор, встроенный в западную систему через НАТО. Это делает её амбиции намного сложнее противодействовать.
Эрдоган связывает свою политическую судьбу с исходом в Иране и решительно намерен предотвратить геополитический результат, который укрепит позицию Израиля за счёт Турции. Эта конкуренция между победителями текущего конфликта напоминает манёвры после Первой мировой войны, когда индивидуальные цели начали разрушать победившую коалицию.
Историки называют этот момент «1919 годом» — когда основные угрозы прошлого десятилетия (суннитский джихадизм и иранская сеть прокси) побеждены, но победившийся альянс уже начинает раскалываться. Израиль и США теперь сталкиваются с новой сложностью: управление не врагом, а партнёром, чьи интересы всё более расходятся с их собственными.