Назначение Мохтабы Хаменеи на пост верховного лидера Ирана обнажило глубокие противоречия внутри руководства страны. По данным The Jerusalem Post, опубликованным 29 марта, в высших эшелонах власти наблюдается открытый конфликт между президентом Масудом Пезешкианом и командованием Корпуса стражей исламской революции (КСИР).
Противостояние касается контроля над государственными институтами и вектором внешней политики. В то время как гражданское крыло правительства стремится к стабилизации, военное руководство настаивает на жестком курсе. Напряжение достигло пика 28 марта, когда произошли инциденты с атакой на американское судно у берегов Омана и ракетным ударом хуситов по Израилю. Эти действия, по мнению аналитиков, демонстрируют неспособность нового лидера полностью контролировать силовые структуры, которые фактически управляют страной с 22 марта.
Ситуация осложняется тем, что легитимность Мохтабы Хаменеи с самого начала подвергалась сомнению. Еще 15 марта американская разведка, согласно данным CBS News, подтверждала наличие у бывшего верховного лидера Али Хаменеи серьезных сомнений в компетентности сына. Параллельно с этим, 17 марта, после гибели Али Лариджани, внутри режима начался процесс перераспределения сфер влияния. Назначение 24 марта Мохаммада Бакера Золькадра секретарем Высшего совета национальной безопасности стало попыткой укрепить позиции силовиков в аппарате управления.
Политическая борьба сопровождается идеологическим расколом. 15 марта главный редактор газеты «Кейхан» заявил, что Мохтаба Хаменеи был избран «имамом Махди», а не Советом экспертов, что вызвало критику со стороны светских и умеренных кругов. В то же время, 24 марта, Мохтаба Хаменеи выступил с первым заявлением о необходимости завершения войны, что прямо противоречит позиции спикера парламента Мохаммада Багера Галибафа, который 27 марта призвал к продолжению военных действий.
На данный момент Иран находится в состоянии управленческого кризиса. Разрыв между декларациями нового лидера и действиями Корпуса стражей исламской революции ставит под вопрос устойчивость режима. США продолжают рассматривать Галибафа как потенциального партнера по переговорам, что дополнительно дестабилизирует позиции Мохтабы Хаменеи внутри страны.
Обновлено 29 марта 2026 года: Внутренний кризис в Иране усугубляется конфликтом между президентом Масудом Пезешкианом и руководством Корпуса стражей исламской революции (КСИР). По данным The Jerusalem Post, ссылающегося на Iran International, Пезешкиан выразил резкое недовольство внешнеполитическим курсом КСИР, обвинив военных в провоцировании региональных конфликтов, которые ведут к экономической катастрофе. Президент настаивает на передаче права принятия решений по вопросам войны правительству, однако командующий КСИР Ахмад Вахиди отклонил эти требования, в свою очередь обвинив Пезешкиана в неспособности провести системные реформы.
Экономическая ситуация в стране продолжает ухудшаться: по сообщениям СМИ, цены на товары первой необходимости растут ежедневно, а более 40% населения оказались за чертой бедности. Многие государственные служащие не получают зарплату на протяжении трех месяцев.
Тем временем телеканал «Аль-Джазира» в программе «Лики войны» представил анализ восхождения Мохтабы Хаменеи. Исследователь Сауд аль-Мула охарактеризовал нового лидера как «человека необходимости», выдвинутого силовыми структурами для консолидации власти в условиях военного времени. Согласно анализу, Мохтаба Хаменеи тесно связан с группировкой «Хаджатия», что определяет его жесткую линию в вопросах безопасности. Эксперты отмечают, что легитимность его статуса «аятоллы» остается предметом споров внутри религиозных кругов, а его недавний отказ от преподавательской деятельности в семинарии вызвал вопросы о его теологической квалификации.
Обновлено: 1 апреля 2026 года
Внутренний кризис в Иране усугубляется «параличом коммуникаций» в высших эшелонах власти. По данным издания «Аль-Баян», ссылающегося на западные разведслужбы, после серии ударов по иранским объектам руководство страны перешло к децентрализованной системе управления. Из-за опасений прослушки и физического устранения, представители элиты избегают прямых контактов, превратив систему власти в набор «изолированных островов».
Как сообщает Iran International, ситуация осложняется тем, что специальный совет офицеров КСИР фактически блокирует президента Масуда Пезешкиана, препятствуя его общению с Мохтабой Хаменеи. По мнению аналитиков, опрошенных «Аль-Баян», это создает «черную дыру» в процессе принятия решений: иранские переговорщики не имеют полномочий и четких директив, так как не могут согласовать позиции с вышестоящим руководством.
Президент США Дональд Трамп неоднократно заявлял, что администрация сталкивается с отсутствием единого центра власти в Тегеране, с которым можно было бы вести предметные переговоры. В то же время эксперты фонда Карнеги отмечают, что КСИР, усиливший контроль над государственными институтами, опасается любых соглашений, видя в них угрозу для своей экономической и политической империи. В условиях, когда военные блокируют любые попытки диалога, Иран демонстрирует признаки «оборонительного оцепенения», вызванного страхом перед внутренними чистками и внешним давлением.
Обновлено 6 апреля 2026 года: Ситуация вокруг верховного лидера Ирана Мохтабы Хаменеи остается неопределенной. По сообщениям Sky News Arabia от 6 апреля, Мохтаба Хаменеи фактически перестал появляться в публичном пространстве, что усиливает слухи о его отстранении от реальных рычагов управления. Внутриполитическая борьба в стране обострилась: различные фракции режима ведут открытое противостояние за контроль над государственными институтами.
Ранее, 1 апреля, МИД Ирана выступал с официальными заявлениями относительно состояния Мохтабы Хаменеи, однако отсутствие подтвержденных данных о его местонахождении, на что также указывал посол РФ в Иране 31 марта, продолжает подпитывать спекуляции о децентрализации системы управления. Напряженность усугубляется военными факторами: 1 апреля стало известно о гибели командующего ВМС Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Алирезы Тангсири и ранении Камаля Харрази, что, по мнению аналитиков, свидетельствует о глубокой дестабилизации силового блока. Ситуация осложняется и внешним давлением, включая заявления Дональда Трампа о продолжении военной операции, а также продолжающимися атаками КСИР на интересы Израиля.