По данным «Аль-Джазиры», опубликованным 5 мая, в акватории Ормузского пролива и Оманского залива наблюдается масштабное использование средств радиоэлектронного подавления и подмены навигационных данных. Эти действия приводят к появлению на мониторах систем слежения «призрачных» маршрутов судов и воздушных судов, что затрудняет идентификацию реальных объектов.
Эксперты отмечают, что иранские танкеры активно применяют тактику маскировки, отключая транспондеры систем автоматической идентификации (АИС) в моменты прохождения наиболее критических участков пролива. В сочетании с созданием ложных цифровых следов это позволяет судам скрывать свое реальное местоположение, менять названия и избегать мониторинга со стороны международных сил, обеспечивающих безопасность морских перевозок.
Ситуация в регионе остается крайне напряженной. Сегодня, 5 мая, стало известно о введении Ираном новых правил прохода судов, которые сопровождаются активным противодействием иностранному присутствию. Параллельно с этим в регионе фиксируется повышенная активность военных сил, включая проход эсминцев ВМС США через Ормузский пролив. На фоне этих событий министр обороны США выступил с заявлением об установлении контроля над проливом, подчеркнув, что текущая операция носит временный характер.
Аналитики связывают участившиеся случаи маскировки танкеров с попытками Ирана обойти санкционные ограничения на экспорт нефти. Использование поддельных идентификационных данных стало ответом на усиление мер по перехвату грузов, о которых ранее неоднократно заявлял Дональд Трамп.
На текущий момент международное сообщество выражает обеспокоенность эскалацией конфликта. Эмманюэль Макрон выступил с призывом к деэскалации, указывая на недопустимость дальнейшего роста напряженности в Персидском заливе. В то же время, из-за блокировки логистических путей и рисков безопасности, у побережья Дубая наблюдается массовое скопление судов, ожидающих возможности безопасного прохода.
Ситуация продолжает развиваться, а использование цифровой маскировки становится ключевым инструментом в противостоянии вокруг Ормузского пролива, создавая дополнительные риски для гражданского судоходства и осложняя работу страховых компаний, работающих в регионе.
Обновлено 7 мая 2026 года: По данным Aaj English TV и Iran International, тактика скрытного прохода через Ормузский пролив с отключением систем автоматической идентификации (АИС) стала использоваться не только иранскими судами, но и танкерами, связанными с ОАЭ. Эксперты отмечают, что стремление экспортировать нефть в условиях нестабильности вынуждает операторов прибегать к маскировке местоположения, что дополнительно осложняет мониторинг ситуации в регионе. На фоне роста рисков для судоходства, 7 мая была запущена новая программа страхования грузов DP World.
Обновлено 8 мая 2026 года. Ситуация в Ормузском проливе продолжает накаляться: по данным MSN, Объединенные Арабские Эмираты начали использовать скрытные методы для проведения своих танкеров через пролив, пытаясь избежать иранских ограничений. 8 мая стало известно о массовых задержаниях судов в Ормузском проливе и блокировке 70 танкеров в портах Ирана.
На фоне эскалации конфликта Саудовская Аравия официально отказалась поддерживать военную операцию США в регионе. Ранее, 7 мая, ОАЭ также заявили об отказе признавать новые сборы, введенные Ираном за проход через пролив, и инициировали создание комитета по документированию действий иранской стороны. В то же время Иран выступил с резкой реакцией на отказ Южной Кореи участвовать в международном патрулировании акватории. Соединенные Штаты продолжают расследование подозрительных нефтяных сделок, связанных с обходом санкционных ограничений.
Обновлено 11 мая 2026 года: По данным агентства Reuters, ссылающегося на аналитические платформы Kpler и LSEG, три танкера с сырой нефтью прошли через Ормузский пролив с отключенными системами идентификации. Подобные меры предпринимаются судовладельцами для минимизации рисков атаки в условиях эскалации конфликта.
В частности, крупнотоннажные танкеры Agios Fanourios I и Kiara M, перевозившие иракскую нефть, покинули акваторию 10 мая. Сообщается, что Agios Fanourios I ранее дважды безуспешно пытался совершить транзит. Еще одно судно, Basrah Energy, с грузом нефти из Абу-Даби завершило проход 13 мая. В то же время, 10 мая были опубликованы кадры южнокорейского грузового судна HMM Namu, получившего повреждения в результате инцидента в проливе и пришвартованного в порту Дубая.
Ситуация в регионе остается нестабильной: зафиксированы атаки дронов на суда в водах Катара, что вынуждает международные силы увеличивать расходы на патрулирование и обеспечение безопасности морских коридоров.
Обновлено 13 мая 2026 года.
По данным компании Windward, специализирующейся на морском отслеживании, коммерческие суда при проходе через Ормузский пролив все чаще переходят в режим «темных» перевозок или используют протоколы Emcon (контроль излучений). Это подразумевает отключение транспондеров системы автоматической идентификации (АИС) и минимизацию радио- и радарных сигналов для избежания обнаружения военными системами мониторинга. 11 мая аналитики зафиксировали проход девяти коммерческих танкеров, включая суда, связанные с «теневым флотом», в условиях повышенной активности катеров Корпуса стражей исламской революции, которые сопровождают коммерческий трафик в режиме «роя».
Параллельно с этим, согласно отчету Eurasia Review от 12 мая, эксперты Robert Lansing Institute указывают на институционализацию «теневого флота», который использует африканские судовые реестры для обхода международных санкций. В частности, суда часто регистрируются под «удобными» флагами стран Африки, где механизмы проверки владельцев судов ослаблены. Исследователи отмечают, что более половины мировых случаев регистрации под «ложными флагами» связаны с африканскими юрисдикциями. В начале 2026 года Германия выявила танкер Range Vale, который, несмотря на уведомления Международной морской организации, продолжил работу под флагом Сьерра-Леоне после попытки регистрации в Зимбабве. По оценкам Центра исследований энергетики и чистого воздуха, «теневой флот», насчитывающий до 591 судна, обеспечивает транспортировку почти половины всей российской нефти, перевозимой морским путем.